Уфа
+18º +18º
22
июль
воскресенье
ЦБ 63.4888 0.2142
MOEX 63.4900 -0.1725
ЦБ 73.9327 0.4519
MOEX 74.4525 0.3125
НЕФТЬ 73.05 0.66
Главная
-
Блоги
-
Горобзор
-
Самое главное в нашей жизни - это здоровье
Горобзор

Самое главное в нашей жизни - это здоровье

После просмотра фильма «Дыши ради нас» я вспомнил свои моменты из госпиталя. И решил написать о некоторых из них.
Когда я лежал под завалами рухнувшей казармы, я думал, что после того как меня вытащат, все мои страдания и страхи пройдут, что все будет хорошо, а самое главное – я буду жить дальше. Но я и представить себе не мог, что самое трудное ожидало меня впереди.
Каким-то чудом я выжил тогда. Честно признаюсь, первые 45 дней после трагедии для меня показались настоящим адом.
В госпитале я был одним из самых тяжёлых пациентов. Врачи не давали никакой надежды. Шансы были 50/50. Мне было отведено 3-4 дня.
20.07.15, через 7 дней комы, я очнулся, и к этому времени перенёс уже около 10 операций и ампутацию обеих ног. Ноги мне не сразу так взяли и отрезали, нет. Ампутацию проводили в 3 этапа: 1 - до колен, 2 - чуть выше колен, 3 - 1/3 бедра. Да, мне пытались их спасти, но мои ноги меня самого же убивали. Гангрену было не остановить, из-за некроза мышц в кровь попадали мертвые ткани, что привело к заражению организма и отказу почек. И после второй остановки сердца, на консилиуме врачей приняли решение спасать мне жизнь, а не ноги. Руки оставались под вопросом ампутации.
Когда я очнулся мои руки и ноги (то, что от них осталось) были с открытыми ранами. По ночам они очень сильно кровоточили, за ночь я терял, бывало, по литру крови. Были и экстренные случаи, когда кровь не останавливалась и приходилось зашивать рану без обезболивающего. Помню, как я говорил, что мне больно, а мне отвечали: «Ты же десантник, терпи». Плакал, кричал, но терпел.
Я очень долго не мог разговаривать, т.к. на шее стояла трубка, через которую я дышал. Трахеотомия – именно от неё у меня шрам на шее. Свои желания я объяснял всякими жестами, а когда хотел что-то сказать, передо мной ставили алфавит, и я карандашом указывал на буквы и так составляли слова. Писать не мог, потому что на руке работали только 2 пальца.
Мне постоянно завязывали руки, чтобы я не отрывал от себя катетеры, трубки, системы, датчики жизнеобеспечения. Бывали случаи, когда мне сносило крышу, я истерил, психовал.
Я был в медикаментозной коме, т.е. меня специально пичкали наркотиками, чтобы я не умер от боли. После того как меня вывели из этого состояния я не спал больше 10 дней. Мой организм настолько сильно привык к наркотикам, что без них я уже не мог уснуть.
Что я делал в это время? Я считал плитки, которыми были обложены стены реанимации. Насчитал 3187 штук.
Боже, я просто сходил с ума.
Знаете, чему я больше всего радовался? Тому, что мне назначали очередную операцию. Да-да. Возможно, вы скажите, что я ненормальный, но я радовался этому, потому что это было единственной возможностью хоть как-то поспать.
Как я уже говорил, я перенёс кучу операций. В общей сложности мне было наложено около 150 швов. И каждый раз, когда их снимали, я безумно этому радовался. Про себя говорил: «Если швы снимают, значит я иду на поправку. А это ещё один малюсенький шажочек домой».
На протяжении 40 дней у меня не спадала температура. Максимальная температура тела у меня составляла 41,8. Я помню, как мое тело обкладывали льдом, чтобы его как-то охладить.
После того как у меня отказали почки в день у меня выходило 30 мл. мочи. Поэтому, чтобы восстановить их работу, я на протяжении 30дн. был на гемодиализе.
Многие меня спрашивали, видел ли я что-нибудь необычное во время клинической смерти? Друзья, скажу честно, никакого света в конце туннеля я не видел. Но, я помню один момент, как увидел себя сверху. Я лежал на кровати, вокруг меня бегали люди в белых халатах, суетились. Я предположил, что это мог быть момент остановки сердца, не знаю, может это был сон или ещё что то, не могу объяснить. Но это правда.

В реанимации я чувствовал себя овощем. Я не двигался, не шевелился. Лежал словно бревно, которое бросили и оставили. Я боялся, что проживу свою жизнь именно таким образом. Даже в туалет ходил под себя.

Плакал. Я пишу об этом прямо, чтобы вы понимали всю реальность моего тогдашнего состояния.
Это был настоящий кошмар наяву, который мне никогда не забыть.
Были ли у меня тогда какие-нибудь желания? Да. Их было всего два:
1. Выйти наконец-то на улицу. Лето 2015-го было очень жарким. Представляете какого было в реанимации, где не разрешали открывать окна и включать кондиционер? Как-то раз моя сестренка, придя меня проведать, от духоты упала в обморок. Я целый день смотрел в окно и завидовал всем людям, которые имели возможность выйти на улицу. Ну а вышел я туда только в конце сентября.
2. Сходить в душ. Такой возможности я не имел 4 месяца, т.к. было очень много открытых ран. В душ я смог пойти только в ноябре месяце. Просидел под струей воды около 2,5 часов. В тот момент я был самым счастливым человеком.
Это только малая часть моей истории в госпитале. Только пройдя эту школу выживания, я понял, что самое главное в нашей жизни - это здоровье.
Будьте все здоровы мои читатели. Я Вас очень люблю.

Другие статьи автора

Герои «Первой республики»: как снимают историческое кино в Уфе

«Первая республика» – полнометражный художественный фильм, приуроченный к 100-летию Башкирии. Картина о тех людях, которые создавали республику такой, какой мы знаем ее сейчас. Фильм расскажет истории таких выдающихся деятелей, как Газиз Альмухаметов, Габдулла Амантаев, Губай Давлетшин, Касым Азнабаев, Хадия Давлетшина. ГорОбзор.ру присутствовал на съемках фильма и узнал всю «кинематографическую кухню» изнутри.

Реклама